Постановление 17-го ААС от 23.04.2026 по делу N А50-10369/2025
СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
Постановление от 23 апреля 2026 г. N 17АП-1213/2026-ГК
Дело N А50-10369/2025
Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2026 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 23 апреля 2026 года.
Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи О.В. Лесковец, судей Р.А. Балдина,
О.Ф. Коневой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Е.С. Рыжовым,
при участии в судебном заседании:
от истца: Князева М.И., представлены паспорт, доверенность от 10.06.2025, диплом; Авраменко А.О., представлены удостоверение, доверенность от 31.07.2025;
от ответчика: Сизоненко И.С., представлены паспорт, доверенность от 23.08.2025, диплом;
рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «Атлетик центр», на решение Арбитражного суда Пермского края от 29 декабря 2025 года по делу N А50-10369/2025
по иску общества с ограниченной ответственностью «Атлетик центр»
(ОГРН 1215900005892, ИНН 5904387992)
к Государственному бюджетному учреждению дополнительного образования Пермского края «спортивная школа Олимпийского резерва «Академия игровых видов спорта» (ОГРН 1185958029300, ИНН 5905058207)
о взыскании убытков, установил:
Общество с ограниченной ответственностью «Атлетик центр» (далее — ООО «Атлетик центр», общество, истец) обратилось в арбитражный суд с иском к государственному бюджетному учреждению дополнительного образования Пермского края «спортивная школа Олимпийского резерва «Академия игровых видов спорта» (далее — ГБУ ДО ПК «СШОР «Академия игровых видов спорта», учреждение, ответчик) о взыскании 1590438 руб. 28 коп. убытков.
Решением Арбитражного суда Пермского края от 29.12.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.
Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.
По мнению заявителя жалобы, при рассмотрении дела судом первой инстанции не дана оценка фактическому поведению ответчика в период действия контракта, отсутствию целесообразности и необходимости заключения им аналогичного контракта с ООО «Молот» при наличии контрактных отношений с истцом.
Указывает, что не мог в полном объеме получать прибыль от сдачи зала в аренду другим лицам ввиду связанности контрактными отношениями с ответчиком, которыми предусмотрена обязанность по предоставлению зала в течение трех дней с подачи заявки.
Настаивает на наличии в действиях ответчика признаков недобросовестного поведения, которые, о мнению апеллянта, выражаются в том, что заключая контракт с ООО «Молот» и не имея намерения пользоваться услугами истца (не направление заявок с конца сентября 2024 года), учреждение не расторгло контракт с истцом, указывая в ответах на наличие у него права по направлению заявок в любой момент в течение всего срока действия контракта, и лишь 13.03.2025, 04.04.2025, 15.04.2025 направило в адрес истца предложения о расторжении контракта по соглашению сторон. Полагает, что судом в оспариваемом акте оценка данным доводам истца не дана.
Считает, что в случае добросовестного осуществления ответчиком контрактных обязательств расходы истца на исполнение контракта были бы компенсированы, либо, в случае своевременно предпринятых учреждением действий по уведомлению общества о расторжении контракта, данные расходы компенсировались истцу за счет сдачи зала в аренду иным лицам.
В дополнении к апелляционной жалобе указывает на невозможность изменения условий контракта с учетом положений Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон N 44-ФЗ), на недоказанность ответчиком отсутствия своей вины в возникновении у истца убытков. Кроме того, считает, что с учетом поведения ответчика при заключении и исполнении контракта, а также при рассмотрении спора в суде, к нему применим принцип эстоппеля.
В заседании суда апелляционной инстанции представители истца доводы апелляционной жалобы поддержали, просили решение отменить, требования удовлетворить в полном объеме.
Представитель ответчика с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, считает решение суда законным и обоснованным.
Законность и обоснованность решения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 15.04.2024 между ООО «Атлетик центр» (исполнителем) и ГБУ ДО ПК «СШОР «Академия игровых видов спорта» (заказчиком) по итогам аукциона заключен контракт N 1056500007024000004, предметом которого является оказание услуг зала специальной физической подготовки для проведения тренировочного процесса ГБУДО ПК «Спортивная школа «Академия игровых видов спорта» (п. 1.1 контракта).
В соответствии с п. 1.2. контракта исполнитель обязуется оказать услуги, а заказчик обязуется принять и оплатить оказанные услуги на условиях, установленных настоящим контрактом.
Срок начала оказания услуг: с даты заключения Контракта, срок окончания оказания услуг: 30.05.2025 (п. 1.4, 1.5., 9.2. контракта).
В соответствии с п. 1.6. контракта оказание услуг осуществляется по заявкам заказчика в следующем порядке: в течение 3 дней с момента направления заказчиком заявки на адрес электронной почты исполнителя.
Порядок определения объема оказанных услуг на основании заявок заказчика включает в себя учет объемов оказанных услуги исходя из определения такого объема как частное от деления максимального значения цены контракта к цене такой услуги. Объем оказанных по заявкам услуг учитывается нарастающим итогом и не должен превышать максимального значения цены контракта (п. 1.7. контракта).
Согласно п. 2.1 контракта максимальное значение цены контракта составляет 2999999 руб.
Цена единицы услуги определяется путем уменьшения начальной цены такой единицы, указанной в извещении об осуществлении закупки, пропорционально снижению начальной суммы цен единиц услуг, предложенному участником закупки, с которым заключается контракт, и указана в спецификации (приложение N 2 к контракту) (п. 2.2. контракта).
В спецификации (Приложение N 2 к контракту) сторонами определена единица измерения услуги — час и цена единицы — 3600 руб.
В соответствии с п. 2.3 контракта оплата оказанной услуги осуществляется по цене единицы услуги, исходя из объема фактически оказанных услуг, но в размере, не превышающем максимального значения цены контракта.
Цена контракта (цена единицы услуг) включает в себя все расходы исполнителя, возникшие у него в ходе исполнения контракта в соответствии с Техническим заданием в полном объеме, а также расходы на страхование, уплату налогов, пошлин, иных сборов и других обязательных платежей исполнителя (п. 2.5. контракта).
Как указывает истец, в связи с нерегулярными и незначительными заявками заказчика на оказание услуг, ООО «Атлетик центр» в адрес учреждения направило претензию от 24.03.2025, в которой указало, что контракт освоен на 780000 руб., что не покрывает расходов исполнителя.
Полагая, что действия заказчика по не направлению с 20.09.2024 заявок в адрес исполнителя, по не извещению общества об утрате интереса к услугам истца, по неуменьшению максимальной цены контракта, являются существенным изменением условий контракта, нарушают соотношение имущественных интересов сторон и влекут для общества ущерб, исполнитель потребовал от учреждения надлежащего исполнения условий контракта и возмещения убытков в размере 1385913 руб. 60 коп. (с приложением расчета убытков, состоящих из расходов по оплате арендной платы, электроэнергии, услуг доступа в интернет, исчисленных за период с сентября 2024 года по март 2025 года).
Неудовлетворение ответчиком требований о возмещении убытков послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском.
Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствовался положениями ст. ст. 2, 10, 15, 309, 310, 422, 431, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), ст. ст. 2, 22, 33, 34, 42 Закона N 44-ФЗ, ст. ст. 69, 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее — БК РФ), разъяснениями, изложенными в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — Постановление Пленума N 25), п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 «О некоторых вопросах применения общих положении Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее — Постановление Пленума N 49) и исходил из отсутствия оснований для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде убытков ввиду недоказанности истцом условий для их применения, отсутствия в деле доказательств ненадлежащего исполнения заказчиком своих контрактных обязательств, не усмотрев в действиях учреждения признаков злоупотребления правом.
Повторно исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены принятого судебного акта.
Отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок урегулированы Законом N 44-ФЗ, в части 1 ст. 12 которого закреплена обязанность государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами, муниципальных органов, казенных учреждений, иных юридических лиц при планировании и осуществлении закупок исходить из необходимости достижения заданных результатов обеспечения государственных и муниципальных нужд.
Из положений ч. 24 ст. 22, ч. 1 ст. 34, п. 6 ч. 1 ст. 42 Закона N 44-ФЗ следует, что заключение государственного контракта на выполнение работ (оказание услуг) возможно как с определенным объемом услуг (контракт содержит условия о наименовании и объеме услуг), так и с неопределенным объемом (контракт содержит условия о наименовании и о порядке определения объема услуг на основании заявок заказчика).
В соответствии со ст. 33 Закона N 44-ФЗ закупки проводятся исходя из обоснованной потребности заказчика в том или ином товаре (работе, услуге).
В силу ч. 1 ст. 2 Закона N 44-ФЗ законодательство Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается, в том числе на положениях БК РФ.
На основании ст. ст. 69, 72 БК РФ закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд производятся за счет бюджетных ассигнований (расходы бюджетов), осуществление которых согласно ст. 34 БК РФ должно отвечать принципу эффективности — необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности) и (или) достижения наилучшего результата с использованием определенного бюджетом объема средств (результативности).
С учетом названных положений бюджетного законодательства к числу основных принципов контрактной системы согласно ст. 6, ч. 1 ст. 12 Закона N 44-ФЗ относятся принцип ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд и принцип эффективности осуществления закупки (эффективного использования источников финансирования).
Таким образом, исполнение государственного контракта может быть обусловлено конкретными потребностями заказчика в закупаемых услугах, в том числе формируемыми на их основании заявками на их приобретение в объеме, отличном от общего максимального количества, согласованного контрактом.
В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Применение положений ГК РФ о возмещении убытков разъяснено в постановлениях Пленума N 25 и от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ ответственности за нарушение обязательств» (далее — постановление Пленума N 7).
В пункте 11 Постановления Пленума N 25 указано, что, применяя ст. 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.
Как следует из п. 12 Постановления Пленума N 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).
На основании пункта 1 Постановления Пленума N 7, если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.
Согласно п. 5 Постановления Пленума N 7 по смыслу ст. ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).
При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.
Таким образом, в порядке ст. 15 ГК РФ бремя доказывания распределяется следующим образом: истец, заявивший о взыскании убытков, доказывает, что именно ответчик является лицом, в результате действий которого возник ущерб, а также факты причинения вреда и наличия убытков; в свою очередь, на ответчика возлагается обязанность доказать, что вред причинен не по его вине.
Отсутствие совокупности условий, необходимых для удовлетворения требования о взыскании убытков, влечет за собой отказ в удовлетворении заявленного требования.
В силу ч. 1 ст. 64, ст. 71 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.
Предъявляя требования о взыскании убытков, истец ссылается на неисполнение заказчиком обязанности по направлению заявок на оказание услуг по предоставлению зала специальной физической подготовки, по не извещению истца об утрате интереса к контракту и непринятии своевременных мер по его расторжению, повлекшем причинение исполнителю убытков.
С учетом предмета и оснований заявленного иска, на истца отнесено бремя доказывания факта ненадлежащего исполнения учреждением обязательств по контракту N 1056500007024000004, а также того обстоятельства, что указанное неисполнение повлекло причинение истцу вреда с документальным обоснованием его размера.
Согласно п. 1.6. контракта оказание услуг осуществляется по заявкам заказчика в следующем порядке: в течение 3 дней с момента направления заказчиком заявки на адрес электронной почты исполнителя.
Порядок определения объема оказанных услуг на основании заявок заказчика включает в себя учет объемов оказанных услуги исходя из определения такого объема как частное от деления максимального значения цены контракта к цене такой услуги. Объем оказанных по заявкам услуг учитывается нарастающим итогом и не должен превышать максимального значения цены контракта (п. 1.7. контракта).
При толковании условий договора должно приниматься во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (ст. 431 ГК РФ).
Условия договора толкуются и рассматриваются в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование) (п. 43 Постановления Пленума N 49).
Исходя из буквального толкования условий указанного выше контракта, оказание услуг осуществляется истцом по предварительным заявкам ответчика; договором не установлена обязанность заказчика по направлению исполнителю заявки в пределах строго обусловленной суммы. Кроме того, условиями контракта определены единица приобретаемых услуг, ее стоимость, установлено, что объем оказанных по заявкам услуг не должен превышать максимального значения цены контракта.
Контракт не обязывает заказчика приобрести услуги на всю сумму контракта; количество услуг поставлено в зависимость от потребности проведения тренировочного процесса учреждения, при этом допускается неполная выборка лимита денежных средств по контракту.
Суд апелляционной инстанции отмечает, что учреждение, реализуя свои уставные функции, заключая и исполняя контракт с истцом, действовало в соответствии с условиями контракта и не допустило противоправного поведения, что исключает возможность взыскания с него убытков.
Заявленные обществом требования о возмещении реального ущерба (арендной платы, платы за электроэнергию, за услуги по предоставлению доступа в интернет) получили надлежащую оценку суда первой инстанции, верно исходившего из того, что принятие обществом мер к исполнению контракта относится к рискам предпринимательской деятельности.
Вопреки позиции апеллянта оснований для вывода о недобросовестном поведении заказчика при исполнении контракта из материалов дела не следует.
Согласно п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 1 Постановления Пленума N 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).
По смыслу приведенных норм и разъяснений для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).
Между тем материалами дела наличие у учреждения умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда обществу (отсутствие иных добросовестных целей) не подтверждается.
Напротив, из материалов дела усматривается и не опровергнуто истцом, ответчик длительное время заключал контракты как с истцом, так и с ООО «Молот» на предоставление помещений для нужд учреждения — организации тренировочного процесса своих учеников и команд, следовательно, заключение учреждением в периоде 2024-2025 гг. вновь двух договоров на предоставление площадок для организации тренировочного процесса команд и проведения спортивных мероприятий не свидетельствует о совершении ответчиком действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом по ст. 10 ГК РФ.
Оценивая довод апеллянта о необходимости применения принципа эстоппель (estoppel) в отношении поведения ответчика суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания этого довода обоснованным.
Принцип «эстоппель» в процессе представляет собой запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными, исходя из ее действий или заверений. Верховный суд Российской Федерации в своей практике также ориентирует на предъявление к участникам спора требования о непротиворечивости своего поведения в процессе.
Учитывая, что недобросовестность ответчика, непоследовательность в его поведении и действиях, в том числе в ходе рассмотрения дела, судом апелляционной инстанции не установлены, приводимые истцом обстоятельства не могут служить основанием для применения в целях разрешения настоящего спора принципа эстоппель (estoppel), соответственно, и являться основанием для удовлетворения иска.
Таким образом, судом первой инстанции при рассмотрении дела по существу в полной мере исследована совокупность условий, необходимых для возложения на учреждение ответственности в виде возмещения убытков; наличие вины в действиях заказчика не установлено (ст. 71, 168, 170 АПК РФ).
Иная оценка обстоятельств спора и представленных доказательств относительно исполнения контракта и толкования его условий, изложенная заявителем апелляционной жалобы, основанием для отмены обжалуемого судебного акта не является.
С учетом изложенного, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.
Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу ст. 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.
В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.
Руководствуясь ст. ст. 110, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
Решение Арбитражного суда Пермского края от 29 декабря 2025 года по делу N А50-10369/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.
Председательствующий
О.В. ЛЕСКОВЕЦ
Судьи
Р.А. БАЛДИН
О.Ф. КОНЕВА