Апелляционное определение Сахалинского областного суда от 06.08.2026 по делу N 33-2023/2026
САХАЛИНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Апелляционное определение Сахалинского областного суда
от 06.08.2026 по делу N 33-2023/2026
Дело N 2-2012/2026
УИД 65RS0001-01-2026-000433-95
Судья: Моталыгина Е.А.
Докладчик: Баянова А.С.
Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда в составе:
председательствующего Баяновой А.С.
судей областного суда Загорьян А.Г., Лаврова О.В.
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Т.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению К. к Территориальному органу Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранении по <адрес> о признании незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ N-л/25, восстановлении на работе, об аннулировании записи об увольнении в трудовой книжке, взыскании премий, среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, с апелляционной жалобой представителя Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранении по <адрес> Д. на решение Южно-Сахалинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.
Заслушав доклад судьи Баяновой А.С., судебная коллегия,
установила:
К. обратилась в суд с исковыми заявлением к Территориальному органу Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранении по <адрес> (далее по тексту Территориальный орган Росздравнадзора по <адрес>) о признании незаконным приказа, восстановлении на работе, аннулировании записи об увольнении в трудовой книжке, взыскании премий, среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований указано, что с ДД.ММ.ГГГГ состояла в трудовых отношениях с Территориальным органом Росздравнадзора по <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ в должности начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения Территориального органа. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ была временно отстранена от замещаемой должности на период проведения служебной проверки с сохранением на этот период денежного содержания. Вместе с тем, при расчете денежного содержания в период отстранения истца от работы ей не были начислены и выплачены премии.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ истец привлечена к дисциплинарной ответственности в виде увольнения за совершение дисциплинарного проступка в виде ненадлежащего исполнения должностных обязанностей на основании заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ. Однако, по мнению истца, дисциплинарное взыскание было применено неправомерно, с существенными нарушениями. Комиссия по урегулированию конфликта включала гражданских служащих, прямо или косвенно заинтересованных в ее результатах, однако, при наличии конфликта интересов в состав служебной комиссии не включены независимые эксперты. С заключением комиссии по результатам проверки истец ознакомлена не была, чем были нарушены ее права на обжалование. Кроме того, у истца не были отобраны объяснения по обстоятельствам служебной проверки.
ДД.ММ.ГГГГ истцом получено уведомление об окончании служебной проверки и отмене временного отстранения от замещаемой должности, возможности ознакомления с заключением и материалами служебной проверки, на что Ф.И.О.1 работодателю направлено письмо-уведомление о нахождении на больничном листе до ДД.ММ.ГГГГ, и последующем отпуске с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Работодателем информация о нахождении на листке нетрудоспособности и последующем нахождении в отпуске была проигнорирована, приказом от ДД.ММ.ГГГГ истец была освобождена от замещаемой должности гражданской службы и уволена с гражданской службы по инициативе представителя нанимателя, а приказ о предоставлении ей ежегодного отпуска, в нарушение трудового кодекса, был отменен приказом от ДД.ММ.ГГГГ без ее уведомления и получения письменного согласия.
ДД.ММ.ГГГГ, выйдя на работу, с заключением, приказами о дисциплинарном взыскании в виде увольнения, отмене временного отстранения и отмене отпуска ознакомлена не была, документы в нарушение статьи 62 Трудового кодекса РФ предоставлены не были.
Также истец отмечает, что за все время службы в Территориальном органе и ином органе исполнительной власти дисциплинарных взысканий не имела, успешно проходила аттестации, в том числе и с включением в резерв на вышестоящую должность, получала после увольнения благодарности и почетные грамоты государственных органов.
Полагает, что действиями работодателя ей был причинен моральный вред, выраженный в глубоких переживаниях, связанных с умышленными действиями должностных лиц по проведению служебных проверок с целью ее увольнения, отсутствием ежемесячных премиальных выплат, которыми в том числе оплачивались кредитные обязательства. Кроме того, истец осталась без работы и заработной платы перед новогодними каникулами, являясь единственным кормильцем двух несовершеннолетних детей в возрасте 8 и 10 лет, в связи с гибелью их отца, сотрудника Пограничного Управления <адрес> в ходе исполнения им задания в зоне проведения специальной военной операции.
На основании изложенного, истец просила суд:
— признать незаконным применение к ней дисциплинарного взыскания в виде «увольнения», освобождения от замещаемой должности и увольнения с федеральной государственной гражданской службы, оформленного приказом Территориального органа от ДД.ММ.ГГГГ N-л/25;
— восстановить на работе в должности начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения Территориального органа Росздравнадзора по <адрес>;
— возложить на Территориальный орган Росздравнадзора по <адрес> обязанность аннулировать запись об увольнении в трудовой книжке;
— взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула в период с ДД.ММ.ГГГГ по дату вынесения судом соответствующего решения из расчета 201 405 рублей 56 копеек (в том числе НДФЛ — 26 183 рубля) в месяц, что на день подписания искового заявления ДД.ММ.ГГГГ составляет 109 982 рубля 55 копеек (в том числе НДФЛ 14 298 рублей);
— взыскать с ответчика премию за октябрь, ноябрь, декабрь, 4 квартал 2025 года в размере 302 981 рубль 60 копеек (в том числе НДФЛ 39 388 рублей) и за 2025 год в соответствии с установленным служащим размером по Территориальному органу, в случае, если такая премия выплачивалась, с учетом 10 отработанных дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;
— взыскать с Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> проценты на основании статьи 236 Трудового кодекса РФ за задержку выплат в размере не ниже 1/150, действующей в это время ключевой ставки Центрального Банка РФ от начисленных, но не выплаченных в срок премиальных выплат, что на день подписания искового заявления ДД.ММ.ГГГГ составили 8 757 рублей 29 копеек и не начисленных своевременно сумм за время вынужденного прогула в случае, если решением суда будет признано право работника на получение неначисленных сумм среднего заработка за каждый день задержки выплат, начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены по дату решения суда, что на день подписания искового заявления ДД.ММ.ГГГГ составили 1 759 рублей 72 копейки;
— взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
Решением Южно-Сахалинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования К., удовлетворены частично.
Признано незаконным применение к К. дисциплинарного взыскания в виде освобождения от замещаемой должности и увольнения с федеральной государственной гражданской службы, оформленного приказом Территориального органа от ДД.ММ.ГГГГ N-л/25, К. восстановлена в должности начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по <адрес> со дня увольнения.
С Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> в пользу К. взыскана заработная плата за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 921 516 рублей 78 копеек (НДФЛ не исчислен).
Решение суда в части восстановления К. на работе в Территориальном органе Росздравнадзора по <адрес> в должности начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения и взыскании в ее пользу заработной платы за три месяца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 544 087 рублей 03 копейки (НДФЛ не исчислен) обращено к немедленному исполнению.
На Территориальный орган Росздравнадзора по <адрес> возложена обязанность аннулировать запись в трудовой книжке об увольнении К.
С Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> в пользу К. взысканы премии за октябрь 2025 года, ноябрь 2025 года, декабрь 2025 года, 4 квартал 2025 года, по итогам 2025 года в общем размере 243 178 рублей (НДФЛ не исчислен), компенсация за задержку выплаты премий за октябрь 2025 года, ноябрь 2025 года, декабрь 2025 года, 4 квартал 2025 года, по итогам 2025 года на дату вынесения решения суда в размере 37 278 рублей 46 копеек, компенсация морального вреда в сумме 25 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований К. отказано.
С Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> в доход бюджета городского округа «<адрес>» взыскана государственная пошлина в размере 33 020 рублей.
Не согласившись с указанным решением представителем Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> Д. подана апелляционная жалоба, в которой она просит его отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы полагает вывод суда первой инстанции о несоблюдении ответчиком процедуры применения дисциплинарного взыскания, предусмотренной статьей 193 Трудового кодекса РФ ошибочным, поскольку ответчик предпринял все исчерпывающие, зависящие от него и предусмотренные законом меры для надлежащего уведомления истца о необходимости дать объяснения по выявленным в справке от ДД.ММ.ГГГГ нарушениям. Отмечает, что ответчиком своевременно по актуальному адресу регистрации истца направлено требование о даче письменных объяснений посредством почтовой связи АО «Почта России», однако, тот факт, что отправление от ДД.ММ.ГГГГ фактически не было вручено истцу, обусловлен обстоятельствами, не зависящими от воли и контроля ответчика. Уведомление о даче объяснений от ДД.ММ.ГГГГ и предложение ознакомиться с заключением комиссии от ДД.ММ.ГГГГ не были своевременно получены истцом по собственной халатности, поскольку риск неполучения корреспонденции лежит на получателе, а не на отправителе. Также указывает, что справка от ДД.ММ.ГГГГ с перечнем замечаний финансово-хозяйственной деятельности Территориального органа была направлена истцу ДД.ММ.ГГГГ в рабочей программе с пометкой «В работу» до применения к ней взыскания в виде отстранения от занимаемой должности, таким образом у истца была возможность ознакомиться с содержанием указанной справки и в рамках текущей трудовой деятельности предоставить пояснения по ней работодателю. Полагает, что истец в день отстранения от работы доподлинно знала о начале служебной проверки, ее причинах (замечания к финансово-хозяйственной деятельности Территориального органа) и имела объективную возможность предоставить свои пояснения комиссии на месте, однако умышленно отказалась от конструктивного взаимодействия с работодателем, действия истца носили системный характер, направленный на искусственное создание видимости нарушения ее прав. Факт обращения истца в прокуратуру с жалобой от ДД.ММ.ГГГГ, в которой последовательно изложены причины несогласия с отстранением от работы и указаны правовые аргументы относительно вменяемых ей замечаний в финансово-хозяйственной деятельности Территориального органа, бесспорно доказывает то обстоятельство, что истец обладала абсолютной и полной информацией о сути трудового конфликта и имела сформированную правовую позицию по справке от ДД.ММ.ГГГГ. Также не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что приказ от ДД.ММ.ГГГГ N-Л/25 является незаконным по причине отсутствия в нем детального описания проступка, времени и месте его совершения. Кроме того, считает вывод суда первой инстанции о том, что единственным основанием для неначисления истцу премий за октябрь, ноябрь, декабрь, 4 квартал и по итогам года явился сам факт его отстранения от замещаемой должности, основанным на неверном толковании досудебной переписки сторон, из которой следует, что факт отстранения от должности являлось не произвольной причиной лишения выплат, а констатацией объективного юридического факта — полного отсутствия со стороны истца трудового вклада, выполнения должностных обязанностей и достижения показателей эффективности. Премия за выполнение особо важных и сложных заданий входит в состав денежного содержания, однако относится к выплатам стимулирующего характера, и не является фиксированной или гарантированной. Также отмечает, что поскольку локальный акт госоргана содержит лишь общие формулировки критериев поощрения и не устанавливает тарифный (обязательный) размер премий, у суда первой инстанции полностью отсутствовал легитимный источник для расчета взысканных премиальных выплат, и взыскав фиксированные суммы премий сверх положенного по закону среднего заработка за вынужденный прогул, суд первой инстанции осуществил произвольное, не основанное на законе и материалах дела распоряжение бюджетными средствами государственного органа. Выражает несогласие с решением суда в части взыскания компенсации морального вреда в размере 25 000 рублей, считая данную сумму чрезмерно завышенной и необоснованной. Судом первой инстанции необоснованно не учтена позиция участвующего в деле прокурора, давшего заключение об обоснованности и соразмерности компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец К. просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> Г. доводы апелляционной жалобы поддержала, просила решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.
Прокурор Сущенко Е.П. в судебном заседании полагал решение суда первой инстанции законным и обоснованным, не подлежащим отмене.
Изучив материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
Одним из видов государственной службы, заключая контракт о прохождении которой гражданин реализует право на свободное распоряжение своими способностями к труду и выбор рода деятельности, является государственная гражданская служба, представляющая собой профессиональную служебную деятельность граждан на должностях государственной гражданской службы по обеспечению исполнения полномочий федеральных государственных органов, органов публичной власти федеральной территории, государственных органов субъектов РФ, лиц, замещающих государственные должности РФ, и лиц, замещающих государственные должности субъектов РФ (пункт 1 статьи 5 Федерального закона от 27 мая 2003 года N 58-ФЗ «О системе государственной службы РФ»).
Отношения, связанные с поступлением на государственную гражданскую службу, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) государственного гражданского служащего, регулируются нормами Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» (далее по тексту Федеральный закон от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ).
В соответствии со статьей 73 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ федеральные законы, иные нормативные правовые акты РФ, законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной данным федеральным законом.
Основные обязанности гражданского служащего предусмотрены статьей 15 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ, в том числе соблюдать Конституцию РФ, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные правовые акты РФ, конституции (уставы), законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ и обеспечивать их исполнение (пункт 1); исполнять должностные обязанности в соответствии с должностным регламентом (пункт 2); исполнять поручения соответствующих руководителей, данные в пределах их полномочий, установленных законодательством РФ (пункт 3); соблюдать при исполнении должностных обязанностей права и законные интересы граждан и организаций (пункт 4).
В силу статьи 57 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение гражданским служащим по его вине возложенных на него служебных обязанностей, представитель нанимателя имеет право применить к нему дисциплинарное взыскание.
Статьей 58 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ установлен порядок применения и снятия дисциплинарного взыскания. В силу данной нормы до применения дисциплинарного взыскания представитель нанимателя должен затребовать от гражданского служащего объяснение в письменной форме. В случае отказа гражданского служащего дать такое объяснение составляется соответствующий акт. Перед применением дисциплинарного взыскания проводится служебная проверка. При применении дисциплинарного взыскания учитываются тяжесть совершенного гражданским служащим дисциплинарного проступка, степень его вины, обстоятельства, при которых совершен дисциплинарный проступок, и предшествующие результаты исполнения гражданским служащим своих должностных обязанностей. Дисциплинарное взыскание применяется непосредственно после обнаружения дисциплинарного проступка, но не позднее одного месяца со дня его обнаружения, не считая периода временной нетрудоспособности гражданского служащего, пребывания его в отпуске, других случаев отсутствия его на службе по уважительным причинам, а также времени проведения служебной проверки.
Порядок проведения служебной проверки в отношении гражданских служащих регламентирован статьей 59 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ.
При проведении служебной проверки должны быть полностью, объективно и всесторонне установлены: факт совершения гражданским служащим дисциплинарного проступка; вина гражданского служащего; причины и условия, способствовавшие совершению гражданским служащим дисциплинарного проступка; характер и размер вреда, причиненного гражданским служащим в результате дисциплинарного проступка; обстоятельства, послужившие основанием для письменного заявления гражданского служащего о проведении служебной проверки (часть 2 статьи 59 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ).
В части 1 статьи 37 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ содержится перечень оснований, по которым служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности и уволен с гражданской службы.
Так, в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 37 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае однократного грубого нарушения гражданским служащим, замещающим должность гражданской службы категории «руководители», своих должностных обязанностей, повлекшего за собой причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства РФ.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, истец К. с ДД.ММ.ГГГГ проходила государственную гражданскую службу в Территориальном органе Росздравнадзора по <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ в должности федеральной государственной гражданской службы начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения.
Согласно должностному регламенту федерального государственного гражданского служащего замещающего должность федеральной государственной гражданской службы начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения Территориального органа Росздравнадзора по <адрес>, утвержденному руководителем Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, начальник отдела в соответствии с задачами и функциями отдела исполняет в том числе следующие обязанности финансово-хозяйственной деятельности:
— осуществляет организацию, контроль и исполнение работы в автоматизированных системах ведения учета «Электронный бюджет», «1С Бухгалтерия» (подпункт 12 пункта 3.1.4 должностного регламента);
— осуществляет контроль и учет движения финансовых средств Территориального органа (подпункт 14 пункта 3.1.4 должностного регламента);
— осуществляет ведение бюджетного и управленческого учета, составляет бюджетную и статистическую отчетность по вопросам, относящимся к компетенции Территориального органа и представления ее в установленном порядке в соответствующие органы (подпункт 21 пункта 3.1.4 должностного регламента).
Приказом Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N П65-144/25 в отношении начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения К. по информации о ненадлежащем исполнении ею должностных обязанностей назначено проведение служебной проверки, утвержден состав комиссии по проведению служебной проверки, в который включены Ф.И.О.9, Ф.И.О.10, Ф.И.О.11.
В соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ N П65-145/25 на период проведения служебной проверки К. отстранена от замещаемой должности гражданской службы с сохранением на этот период денежного содержания по замещаемой должности гражданской службы.
От ознакомления с приказами Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N N К. отказалась, о чем членами комиссии по проведению служебной проверки составлены соответствующие акты.
ДД.ММ.ГГГГ в адрес К. посредством почтовой связи направлено уведомление о проведении в отношении нее служебной проверки и отстранении от должности, с приложением данных приказов. В уведомлении также разъяснено, что на период отстранения ее от должности на нее распространяются все права, и иные обязанности федерального государственного гражданского служащего, в том числе, давать устные или письменные объяснения, представлять заявления, ходатайства и иные документы, обжаловать решения и действия (бездействие) гражданских служащих, проводящих служебную проверку.
Данное уведомление направлялось истцу заказным письмом с уведомлением (почтовый идентификатор 69300701011309) и получено адресатом Конор Е.А. ДД.ММ.ГГГГ, однако истец получение указанного письма отрицала, отмечая, что подпись в почтовом уведомлении о вручении ей не принадлежит, как и указана не ее фамилия.
ДД.ММ.ГГГГ Территориальным органом Росздравнадзора по <адрес> в адрес истца направлено уведомление об изменении состава Комиссии, с содержащимся в нем предложением о предоставлении объяснения по вопросам, указанным в справке о состоянии финансово-хозяйственной деятельности Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> с января 2024 года по ДД.ММ.ГГГГ. Указанное уведомление вручено К. лишь ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ служебная проверка в отношении К. окончена с составлением заключения, согласно которому служебная комиссия полагала факт ненадлежащего исполнения К. должностных обязанностей, однократного грубого нарушения гражданским служащим, замещающим должность гражданской службы категории «руководители», своих должностных обязанностей, подтвержденным, повлекшим за собой причинение вреда государственному органу (Территориальному органу Росздравнадзора по <адрес>) и нарушение законодательства РФ, в связи с чем пришла к выводу о совершении начальником отдела финансового, правового и кадрового обеспечения Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> дисциплинарного проступка. В заключении служебной проверки отмечено, что характер и размер вреда, причиненного гражданским служащим в результате дисциплинарного проступка, выразился в грубом нарушении требований к бюджетному (бухгалтерскому) учету, рекомендовано применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения с гражданской службы по основаниям, установленным пунктом 6 части 1 статьи 37 Закона 79-ФЗ.
Письмом от ДД.ММ.ГГГГ, направленном почтовой связью, К. уведомлялась о завершении служебной проверки и возможности ознакомления с ее результатами.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ N-л/25 за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных должностным регламентом, на основании заключения по служебной проверке от ДД.ММ.ГГГГ, к К. применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, с истцом расторгнут служебный контракт от ДД.ММ.ГГГГ N-ЛТ, К. освобождена от замещаемой должности федеральной государственной гражданской службы начальника отдела финансового, правового и кадрового обеспечения Территориального органа Росздравнадзора по <адрес>, уволена с федеральной государственной гражданской службы ДД.ММ.ГГГГ, с выплатой компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в количестве 8,84 календарных дней.
Кроме того, из материалов дела следует, что приказом Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> N-л/25 от ДД.ММ.ГГГГ К. предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 5 календарных дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, который в связи с ее увольнением ДД.ММ.ГГГГ, приказом Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N-л/25 отменен.
Разрешая спор по существу, руководствуясь статьями 234, 236, 237, 394 Трудового кодекса РФ, положениями Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ», приказа Министерства здравоохранения РФ Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения от 14 марта 2016 года N 1957 «Об утверждении положения о порядке проведения служебных проверок и применения дисциплинарных взысканий в Федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения», положениями локальных правовых актов Территориального органа Росздравнадзора по <адрес>, проанализировав представленные в дело доказательства в их совокупности, в том числе материалы служебной проверки, послужившие основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности, установив нарушение ответчиком порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности, суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности оспариваемого приказа N-Л/25 от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем частично удовлетворил исковые требования, признав незаконным приказ ответчика о привлечении К. к дисциплинарной ответственности с восстановлением ее в прежней должности и возложением на ответчика обязанности аннулировать запись об увольнении в трудовой книжке, взыскав с ответчика в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула, невыплаченные премии, а также компенсацию морального вреда.
При этом признавая незаконным приказ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности суд первой инстанции исходил из того, что в нарушение действующего законодательства о порядке проведения служебных проверок в отношении государственных служащих, оспариваемый приказ не содержит состава дисциплинарного проступка К., а именно не указано в чем выразились противоправные действия работника и вредоносные последствия для работодателя от неправомерных действий К., а также не указаны время и место его совершения. Кроме того, работодателем не было отобрано у К. объяснение по фактам, изложенным в справке заместителя начальника Финансово-экономического управления Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения от ДД.ММ.ГГГГ.
Оснований не согласиться с указанным выводом суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку действия Территориального органа по истребованию у истца письменных объяснений не способствует в полной мере реализации истцом права, предусмотренного частью 1 статьи 58 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ и статьи 193 Трудового кодекса РФ. Не соблюдение ответчиком порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности в части применения дисциплинарного взыскания является достаточным основанием для признания оспариваемого приказа от 12 декабря 2025 года N 94-л/25 незаконным.
Законом императивно предусмотрено, что в приказе о привлечения лица к дисциплинарной ответственности и (или) заключении по результатам служебной проверки должны быть указаны конкретные факты, позволяющие определить дисциплинарный проступок, его объективную и субъективную сторону, время и место его совершения. Составление приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности без описания дисциплинарного проступка, времени и места его совершения (объективной, субъективной стороны проступка) нарушает право работника знать, за какой дисциплинарный проступок на него наложено дисциплинарное взыскание, кроме того, нарушает общие принципы дисциплинарной ответственности, такие как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что оспариваемый приказ от ДД.ММ.ГГГГ, а также заключение по результатам служебной проверки не содержит описания события, которое расценивалось нанимателем как дисциплинарный проступок. Кроме того, не представлено достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть совершенного гражданским служащим дисциплинарного проступка, степень его вины, обстоятельства, при которых совершен дисциплинарный проступок, и предшествующие результаты исполнения гражданским служащим своих должностных обязанностей.
С учетом вышеприведенных фактических обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции исходит из того, что приказ от ДД.ММ.ГГГГ N-л/25 не содержат указания на то, в чем конкретно заключались нарушения, допущенные гражданским служащим К., какие действия ею совершены, либо не совершены, а также дату, время совершения проступка, послуживших поводом для привлечения истца к дисциплинарной ответственности. Наличие в приказе ссылки на заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ данного недостатка не компенсирует.
Доводы апелляционной жалобы относительно обоснованности невыплаты К. премии за октябрь, ноябрь, декабрь 2025 года, четвертый квартал 2025 года, премии по итогам 2025 года, а также относительно присужденного их размера, судебной коллегией не могут быть признаны обоснованными ввиду следующего.
Федеральный закон от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» предусматривает случаи, когда гражданскому служащему сохраняется денежное содержание на время отстранения от замещаемой должности. В частности, согласно части 4 статьи 32 Федерального закона N 79-ФЗ, в период отстранения гражданского служащего от замещаемой должности гражданской службы (недопущения к исполнению должностных обязанностей) по любому из оснований, предусмотренных частью 2 настоящей статьи, ему сохраняется денежное содержание по замещаемой должности гражданской службы на период такого отстранения.
Согласно части 2 статьи 50 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» денежное содержание гражданского служащего состоит из месячного оклада гражданского служащего в соответствии с замещаемой им должностью гражданской службы (далее — должностной оклад) и месячного оклада гражданского служащего в соответствии с присвоенным ему классным чином гражданской службы, или классным чином юстиции, или дипломатическим рангом (далее — оклад за классный чин), которые составляют оклад месячного денежного содержания гражданского служащего (далее — оклад денежного содержания), а также из ежемесячных и иных дополнительных выплат (далее — дополнительные выплаты).
В соответствии с пунктом 4 части 5 статьи 50 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» к дополнительным выплатам относятся премии, в том числе за выполнение особо важных и сложных заданий, порядок выплаты которых определяется представителем нанимателя с учетом обеспечения задач и функций государственного органа, исполнения должностного регламента (максимальный размер не ограничивается).
Из пунктов 2, 3 Положения о материальном стимулировании федеральных государственных гражданских служащих Территориального органа Росздравнадзора по Сахалинской области от 06 февраля 2018 года N П65-23а/18 следует, что гражданским служащим за выполнение особо важных и сложных заданий в целях их поощрения за результаты профессиональной служебной деятельности и исполнение должностных обязанностей, в том числе в рамках реализации приоритетных и ведомственных проектов (программ), а также повышения эффективности деятельности гражданских служащих и уровня ответственности за выполнение возложенных на Росздравнадзор задач и функций, производится выплата премий.
Премии гражданским служащим за выполнение особо важных и сложных заданий, а также за исполнение должностных обязанностей гражданскими служащими, являющимися участниками реализации приоритетных проектов (программ), выплачиваются за период работы (месяц, квартал, год).
Выплата премий гражданским служащим производится в пределах средств фонда оплаты труда, установленного Росздравнадзору на соответствующий год (пункт 4 Положения).
Сумма премии конкретному гражданскому служащему максимальными размерами не ограничивается и определяется с учетом: личного вклада в обеспечение выполнения задач и реализации полномочий, возложенных на структурное подразделение Росздравнадзора и Росздравнадзор; сложность выполненных гражданским служащим заданий и эффективность достигнутых результатов за отчетный период; оперативность и профессионализм гражданского служащего в решении вопросов, входящих в его компетенцию; своевременность подготовки гражданским служащим документов; добросовестное и качественное исполнение гражданским служащим должностных обязанностей в соответствии с должностным регламентом; соблюдение гражданским служащим служебной дисциплины; фактически отработанное гражданским служащим время в период, за который производится выплата премий.
Суд первой инстанции, с учетом нормативных положений о премировании, исходя из представленной ответчиком информации о размерах начисленных и выплаченных премий в спорный период работающих сотрудников, принимая во внимание незаконность увольнения истца, того факта, что к дисциплинарной ответственности истец не привлекалась, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, пришел к правильному выводу о взыскании в пользу истца премий за спорный период в общем размере 243 178 рублей, а также компенсацию за задержку выплаты премий в размере 37 278 рублей 46 копеек.
Суждение суда первой инстанции в обоснование вывода о наличии у К. права на получение спорной премии в указанном размере не противоречит условиям премирования, которые указаны в локальном нормативном акте, положениям Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ», нормам Трудового кодекса РФ.
При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить, что, исходя из специфики разрешенного судом первой инстанции спора, вытекающего из трудовых правоотношений, бремя доказывания обоснованности лишения истца премии возлагается на сторону ответчика как работодателя. Вместе с тем, стороной ответчика не представлены доказательства в обоснование утверждений об отсутствии оснований для выплаты истцу указанных премий.
Доводы апелляционной жалобы о том, что истцом не представлено доказательств причинения ей каких-либо нравственных страданий, судебная коллегия отклоняет как необоснованные, поскольку возникновение у истца нравственных страданий не нуждается в дополнительном доказывании, ввиду того, что сам по себе факт нарушения трудовых прав истца является достаточным доказательством причинения ему морального вреда.
Так статьей 237 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ», в случае нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац 14 часть 1) и 237 Трудового кодекса РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».
Установив, что неправомерными действиями ответчика были нарушены трудовые права истца, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.
Доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером взысканной компенсации морального вреда не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.
Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд первой инстанции учитывал тяжесть нарушения прав работника, факт незаконности увольнения истца, лишения ее премий, конкретные обстоятельства дела, и, руководствуясь принципами разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскании в пользу истца в счет компенсации морального вреда 25 000 рублей.
Оснований не согласиться с взысканным судом размером компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется.
Иные доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного постановления по существу, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.
Судом первой инстанции правильно определены значимые для рассмотрения дела обстоятельства, представленным сторонами доказательствам дана объективная, соответствующая нормам права оценка, оснований для переоценки представленных по делу доказательств не имеется. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подробно аргументированы с применением норм материального права, регулирующих спорные отношения.
Принимая во внимание, что судом не допущено нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, обжалуемое решение следует признать законным и обоснованным, и оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия,
определила:
решение Южно-Сахалинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранении по <адрес> Д. — без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в течение трех месяцев в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.
Мотивированное апелляционное определение составлено 14 августа 2026 года.
Председательствующий
А.С.БАЯНОВА
Судьи
А.Г.ЗАГОРЬЯН
О.В.ЛАВРОВА