Определение 3-го КСОЮ от 15.06.2026 N 88-10473/2026
ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
Определение 3-го КСОЮ от 15.06.2026 N 88-10473/2026
Дело N 2-1022/2025
78RS0016-01-2024-011273-82
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего Козловой Е.В.,
судей Акуловой Е.В., Смирновой О.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1022/2025 по иску Л. к Санкт-Петербургскому государственному казенному учреждению «Фонд капитального строительства и реконструкции» об оспаривании приказов, взыскании премии, компенсации морального вреда
по кассационной жалобе Л.
на решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 29 апреля 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 14 января 2026 г.
Заслушав доклад судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции Акуловой Е.В., объяснения Л., поддержавшего кассационную жалобу, возражения представителя Санкт-Петербургского государственного казенного учреждения «Фонд капитального строительства и реконструкции» по доверенности ФИО4 относительно кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции установила:
Л. обратился в суд с иском к Санкт-Петербургскому государственному казенному учреждению «Фонд капитального строительства и реконструкции» (далее — СПб ГКУ «ФКСР»), просил отменить приказ от 5 июня 2024 г. о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания, приказ от 11 апреля 2024 г. об аннулировании доверенности, взыскать единовременную денежную выплату в связи с профессиональным праздником (День строителя) в размере 43 996 руб. 14 коп., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.
Решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 29 апреля 2025 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 14 января 2026 г., в удовлетворении исковых требований Л. отказано.
В кассационной жалобе, поданной в Третий кассационный суд общей юрисдикции, Л. ставит вопрос об отмене решения и апелляционного определения в связи с нарушением судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права.
В письменных возражениях СПб ГКУ «ФКСР», соглашаясь с обжалуемыми судебными постановлениями, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу Л. — без удовлетворения.
Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно жалобы, выслушав явившихся участников процесса, судебная коллегия Третьего кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.
В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанции, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции приходит к выводу об отсутствии таких нарушений при принятии обжалуемых судебных постановлений.
Судом установлено, что Л. состоит в трудовых отношениях с СПб ГКУ (ранее ГУ «ФКСР»), дополнительным соглашением от 20 сентября 2022 г. переведен на должность <данные изъяты>; установлен должностной оклад в размере 49 754 руб. 25 коп.
В соответствии с пунктами 2.13, 2.14, 2.26 должностной инструкции Л. обязан соблюдать Устав Учреждения, Правила внутреннего трудового распорядка, Кодекс этики и служебного поведения, иные локальные нормативные акты, не разглашать конфиденциальные сведения, ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей.
В соответствии с пунктом 6.2 Правил внутреннего трудового распорядка, на работников СПб ГКУ «ФКСР» возложена обязанность соблюдать Кодекс этики и служебного поведения работников, не разглашать охраняемую законом <данные изъяты> (государственную, коммерческую, служебную и иную), ставшую известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, соблюдать запрет работодателя на использование в личных целях документации.
В соответствии с Кодексом Этики, работник обязан исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных интересов, воздерживаться от поведения, которое могло бы вызывать сомнение в добросовестном исполнении работником должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб авторитету учреждения (пункт 2.4), на работника возложена обязанность принимать соответствующие меры по обеспечению безопасности и конфиденциальности информации, ставшей ему известной в связи с исполнением должностных обязанностей, а за несанкционированное разглашение такой информации он несет ответственность (пункт 6.6).
5 апреля 2024 г. в СПб ГКУ «ФКСР» поступил запрос следователя, который посредством ЕСЭДД был передан для исполнения в Отдел по работе с персоналом. В запросе содержался личный номер телефона следователя.
15 апреля 2024 г. от <данные изъяты> получено обращение, в котором содержалась информация об использовании <данные изъяты> Л. указанного запроса в личных целях, просьба разобраться в сложившейся ситуации.
Отделом по работе с персоналом СПб ГКУ «ФКСР» было подготовлено письмо в Государственную инспекцию труда в г. Санкт-Петербурге, однако письмо не было направлено. Вместе с тем, Л. предъявил данное письмо в Государственную инспекцию труда в г. Санкт — Петербурге, в Комитет по труду и занятости населения Санкт-Петербурга, обращался с требованием о предоставлении ему уже аннулированного служебного документа к <данные изъяты>.
О совершении Л. указанных действий управляющему СПб ГКУ «ФКСР» стало известно 15 апреля 2024 г. из служебной записки <данные изъяты>.
Л. были предоставлены письменные объяснения.
В период с 19 апреля по 4 июня 2024 г. Л. находился в ежегодном отпуске, в отпуске без сохранения заработной платы, был временно нетрудоспособен, 5 июня 2024 г. должен был приступить к работе.
Приказом от 5 июня 2024 г. Л. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за ненадлежащего исполнение требований пунктов 2.13, 2.14, 2.26 должностной инструкции <данные изъяты>, пункта 6.2 Правил внутреннего трудового распорядка для работников СПб ГКУ «ФКСР», пунктов 2.4 и 6.6 Кодекса Этики.
Приказом СПб ГКУ «ФКСР» от 11 апреля 2024 г. была аннулирована выданная Л. доверенность на право представления интересов СПб ГКУ «ФКСР» в государственных и иных учреждениях.
В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка СПб ГКУ ФКСР, утвержденными 8 мая 2019 г., Положением о материальном стимулировании работников СПб ГКУ ФКСР, утвержденным 1 февраля 2024 г., предусмотрены выплаты стимулирующего характера за счет экономии средств фонда оплаты труда в целях поощрения за достигнутые результаты профессиональной деятельности, повышения эффективности исполнения должностных обязанностей и уровня ответственности при выполнении поставленных задач, в том числе единовременная выплата в связи с профессиональным праздником (День строителя) в размере до одного оклада.
Приказом от 5 августа 2024 г. в связи с профессиональным праздником Дня строителя Л. назначена единовременная выплата в размере 25% должностного оклада, что составило 12 438 руб. 56 коп.
Разрешая спор по существу заявленных исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 21, 56, 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», оценив представленные доказательства, установив факт совершения Л. дисциплинарного проступка, пришел к выводу о правомерности привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде замечания; нарушений порядка привлечения к дисциплинарной ответственности не установлено.
Размер единовременной выплаты к профессиональному празднику, которая по своему характеру является поощрительной выплатой, определен с учетом совокупности обстоятельств, влияющих на размер данной выплаты, с учетом фонда оплаты труда, в соответствии с Положением о материальном стимулировании работников СПб ГКУ ФКСР.
Поскольку как выдача доверенности, так и ее аннулирование является правом работодателя, суд не установил нарушений при издании приказа от 11 апреля 2024 г., с учетом также того, что аннулирование доверенности не повлияло на исполнение Л. его должностных обязанностей, не повлекло изменения их объема.
Не установив нарушений трудовых прав истца, суд принял решение об отказе в удовлетворении исковых требований в части компенсации морального вреда.
Суд апелляционной инстанции, проверяя законность принятого решения по доводам апелляционной жалобы Л., согласился с выводами суда первой инстанции как соответствующими требованиям норм материального права и фактическим обстоятельствам дела.
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции не имеет оснований не согласиться с такими выводами суда первой и апелляционной инстанций.
Выводы в части совершении Л. дисциплинарного проступка, соблюдении порядка привлечения его к дисциплинарной ответственности, в том числе соблюдения срока привлечения к дисциплинарной ответственности, истребования письменных объяснений основаны на правильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.
Проверяя доводы Л. о его привлечении к дисциплинарной ответственности в период временной нетрудоспособности, суд установил, что на момент издания приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности 5 июня 2024 г. работодатель не располагал информацией об открытии истцом листка нетрудоспособности, данную информацию работник работодателю не сообщил, информация в виде извещения от Фонда социального страхования работодателем 5 июня 2024 г. также не была получена.
С учетом изложенного, суд пришел к обоснованному выводу о недобросовестности действий работника.
Приведенные в кассационной жалобе Л. доводы, в том числе об ошибочности вывода суда о допущенном им злоупотреблении правом, несогласии с произведенной судом оценкой доказательств, не могут быть признаны основанием для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений, поскольку основаны на неправильном толковании норм материального права и фактически сводятся к несогласию с выводами суда.
Срок привлечения к дисциплинарной ответственности, с учетом нахождения Л. в отпуске, а также с учетом периода временной нетрудоспособности, соблюден.
Проанализировав совокупность установленных по делу обстоятельств и дав им надлежащую правовую оценку по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к требованиям норм материального права, регулирующего спорные правоотношения, суд пришел к правильному по существу выводу о соразмерности примененного к истцу взыскания в виде замечания допущенному им нарушению своих трудовых обязанностей, отношению к труду, предшествующему поведению, а также судом правомерно учтены обстоятельства, при которых был совершен проступок, его тяжесть, специфика должностных обязанностей истца, повышенные требования к его поведению на предмет их соответствия морально-этическим нормам, неисполнение которых влечет умаление авторитета государства.
Кроме того, замечание является наименее тяжким видом дисциплинарной ответственности из числа предусмотренных статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации.
Факт того, что работнику со стороны работодателя предъявлены претензии по вопросу качества выполняемой работником работы, и к работнику применено дисциплинарное взыскание за совершенный проступок, сам по себе не свидетельствует об оказании давления на работника, поскольку иное противоречило бы требованиям статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, и требованиям статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей.
При этом необходимо учитывать и положение Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 января 2002 г. N 3-П, установившее, что лишение работодателя возможности применить дисциплинарное взыскание к нарушителям трудовой дисциплины нарушает закрепленные в Конституции РФ принципы равенства прав граждан (ч. 1 и 2 ст. 19), представляет собой несоразмерное ограничение прав работодателя как стороны в трудовом договоре и в то же время субъекта экономической деятельности (ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 37, ч. 1, 2 ст. 38), нарушает свободу экономической (предпринимательской) деятельности, право собственности, искажает существо принципа свободы труда и в силу этого противоречит предписаниям ст. 8, ч. 1 ст. 34, ч. 2 ст. 35, ч. 1 ст. 37, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. Следовательно, сам факт наложения дисциплинарного взыскания не может служить основанием для признания такого взыскания незаконным и вынесения решения о его отмене.
Изложенное, а также фактические обстоятельства дела свидетельствуют, что при привлечении Л. к дисциплинарной ответственности соблюден баланс прав и обязанностей обеих сторон — работника и работодателя.
Доводы кассационной жалобы о неправомерном применении в отношении Л. дисциплинарного взыскания были предметом исследования суда первой и апелляционной инстанции и им была дана правильная оценка со ссылками на нормы трудового законодательства.
Доводы кассационной жалобы в части того, что из приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности не следует конкретный проступок, совершение которого предъявлено Л., являются несостоятельными, поскольку в приказе указан перечень конкретных нарушений пунктов локальных нормативных актов, допущенных Л., а в качестве основания издания приказа указаны служебная и докладная записки, в которых приведено описание проступка, а также письменные объяснения Л. по факту вмененного ему проступка.
Вопреки доводам кассационной жалобы, в соответствии с положениями Устава СПб ГКУ «ФКСР», право представлять интересы учреждения перед третьими лицами предоставлено руководителю. При этом выдача доверенности на представление интересов СПб ГКУ «ФКСР» перед третьими лицами, а также ее аннулирование, является правом руководителя, что непосредственно вытекает из Устава.
Приказ издан уполномоченным лицом, в пределах компетенции, установленной Уставом СПб ГКУ «ФКСР».
Поскольку аннулирование доверенности, выданной Л., не повлекло изменение условий заключенного с ним трудового договора в соответствии с положениями статьи 72 Трудового кодекса Российской Федерации, то согласие работника не требовалось.
Изменения объема должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкции <данные изъяты> СПб ГКУ «ФКСР», также не произошло не изменились, а выполнение трудовых обязанностей Л. не было обусловлено исключительно наличием или отсутствием выданной работодателем доверенности на представление интересов СПб ГКУ «ФКСР» в различных организациях.
Поскольку отмена доверенности не была вызвана причинами, связанными с изменением организационных или технологических условий труда, не повлекла изменений трудовой функции работника, то положения статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации, содержащие требование об уведомлении работника о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора в письменной форме не позднее чем за два месяца, применению не подлежали.
Доводы кассационной жалобы в части выплаты единовременной премии к профессиональному празднику основаны на неправильном применении положений статей 129, 135, 191 Трудового кодекса Российской Федерации, локальных нормативных актов СПб ГКУ «ФКСР».
Премии в СПб ГКУ «ФКСР» являются стимулирующей и негарантированной частью заработной платы, конкретный размер премий определяется на основе выполнения установленных за расчетный период показателей эффективности работы в соответствии с процедурой и в порядке, установленном локальными нормативными актами.
Проанализировав Правила внутреннего трудового распорядка СПб ГКУ ФКСР, Положение о материальном стимулировании работников СПб ГКУ ФКСР, установив, что оценка деятельности Л. при назначении единовременной выплаты произведена в соответствии с показателями и критериями оценки качества и эффективности работы, суд первой и апелляционной инстанций пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований в части назначения единовременной выплаты.
Порядок оценки деятельности истца не нарушен.
Реализация работодателем предоставленного ему права назначения стимулирующей выплаты в соответствии с условиями заключенного с работником трудового договора и локальными нормативными актами сама по себе не может свидетельствовать о нарушении трудовых прав работника.
Поскольку единовременная выплата к профессиональному празднику по своему правовому характеру отнесена к стимулирующим выплатам, право на которые возникает при достижении работником определенных результатов в работе, то снижение размера премии по итогам оценки качества и эффективности работы за отчетный период не может рассматриваться как дискриминация в сфере оплаты труда.
Доводы Л. о том, что при установлении размера единовременной выплаты должны быть учтены результаты работы за год, исчисляемый с предыдущего Дня строителя, судом обоснованно отклонены как не предусмотренные локальными нормативными актами, регулирующими порядок стимулирующих выплат.
На основании изложенного, предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных постановлений не имеется.
Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции
определила:
решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 29 апреля 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 14 января 2026 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Л. — без удовлетворения.
Мотивированное определение изготовлено 26 июня 2026 г.